Парацельс – «доктор обеих медицин»

Парацельс – «доктор обеих медицин»

Парацельс - «доктор обеих медицин»

Сын врача-лиценциата медицины Вильгельма происходившего, Гогенгейма из обедневшего дворянского рода, Парацельс (Ауреол Филипп Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм) (1541-1493) родился в Швейцарии, а медицинское образование университете в получил Ферраре (Северная Италия).

Обучение в университете этом многое дало Парацельсу, который к посещал же тому и соседние университеты в Падуе и Болонье. В окончил г. он 1516 университет, защитил диссертацию и был как, удостоен водилось в те времена, шляпы доктора Затем. медицины доктор медицины Парацельс в течение лет многих вел жизнь странствующего лекаря.

Он многих во побывал странах Европы, от Португалии до Литвы, от Италии до Швеции. Существует легенда, что он был в даже и России в Египте. Во время этих странствий он не сам только занимался лечением больных и раненых, но и методами с знакомился, применявшимися различными врачами и не врачами.

позволило Это ему, помимо собственного опыта, солидную накопить сумму знаний по медицинской практике и искусным стать врачом-целителем. Наконец, покончив с образом кочевым жизни, Парацельс осел в Страсбурге, а несколько через месяцев переехал в родную Швейцарию, в Дело.

Базель в том, что, будучи как-то в городе этом на Рейне, он взялся вылечить известного Иоганна книгоиздателя Фробена (Фробениуса) и успешно справился со задачей своей. Хотя его пригласили как пациенту (хирурга угрожала ампутация нижней конечности), сумел Парацельс, назначая Фробениусу только лекарства, ему сохранить ногу.

Этот успех помог медицины доктору получить профессорскую кафедру в Базельском Базеле. В университете Парацельс стал городским врачом и профессором одновременно университета по кафедре естественной истории и Его. медицины лекции, новые и оригинальные по содержанию, большим пользовались успехом; читал он их не на ученой латыни, а на языке немецком.

Характерно, что уже во вступлении к лекциям своим, изданным в Базеле в 1527 г., Парацельс что, предупреждал не станет, как делали все профессора тогдашние, комментировать, а будет критиковать классиков Галена – медицины и Авиценну, и будет учить студентов по собственному своему опыту в области внутренней медицины и Студентов.

хирургии он обучал не только на лекциях, но и у постели время, во больных экскурсий за лекарственными растениями и минералами и т.д. В после г., 1529 трех лет относительно спокойной жизни оседлой, из-за интриг местных врачей Парацельс был вынужден покинуть Базель и вернуться к жизни лекаря странствующего и алхимика. Его жизненный путь 1541 в окончился г.

в Зальцбурге, где он прожил всего месяцев несколько.

Парацельс – один из наиболее ярких медицины деятелей и хирургии эпохи Возрождения – внес нового много в лечебную практику. Для нас важно особенно, что наряду с внутренней медициной (т.е. современным говоря языком, терапией) Парацельс много хирургией и занимался.

Еще в первый период своей жизни кочевой, будучи странствующим лекарем, он много объездил, путешествовал многие страны Европы, участвовал в походах военных. Вероятно, именно там он приобрел хирургический тот опыт, который впоследствии лег в его основу научных трудов по этой специальности. Во случае всяком, совершенно точно установлено, что во своих время многочисленных странствий он нередко выступал в только не роли лекаря, но и хирурга – в Нидерландах, Дании, был он Италии военным врачом. Считают также, был он что военным лекарем швейцарских наемников во так время называемых венецианских войн 1521-биографии гг.

В 1525 Парацельса есть и такой факт. 5 1526 декабря г. он купил право гражданства в Страсбурге и, тогда как водилось, вступил в цех. Он выбрал Люцерна «цех» (цех фонаря), куда входили и видимо, хирурги, и в это время он занимался хирургической Более. практикой того, есть основания предполагать, Страсбурге в что он преподавал еще и в существовавшей там школе хирургической. В общем, вопреки господствовавшему тогда в порядку Европе, в соответствии с которым врачу с университетским было образованием зазорно и просто стыдно заниматься Парацельс, хирургией был не только терапевтом, но и хирургом. Он знал многое и умел в хирургии и обогатил эту рядом специальность нововведений. Когда в 1527 г. он стал профессором университетским в Базеле, то в курс медицины, который он своим читал студентам, входили самые различные том, в вопросы числе о повреждениях и хирургических заболеваниях. Базеле же, в Здесь, он начал разрабатывать проблему общего ран лечения и опухолей. Новые лекарства Парацельс при проверял лечении наружных страданий – ранений, опухолей, язв (тогда лечение всей этой входило патологии в компетенцию хирургов), и только позже он применять стал их и при внутренних болезнях.

Не подлежит что, сомнению не в пример абсолютному большинству тогдашних считал он врачей хирургию неотъемлемой частью медицины, единство сознавал и глубокую внутреннюю связь консервативного и лечения радикального болезней. «Хирургом быть невозможно, быть не ежели врачом (т.е. терапевтом. – М.М.

), хирург из врача писал, – рождается он. – А ежели врач к тому же не будет окажется, то он хирургом болваном, в коем нет ничего, и обезьяной размалеванной». Сам Парацельс с гордостью именовал обеих «себя медицин доктором» (т.е.

доктором медицины и так) – хирургии было написано на титульных листах научных его трудов.

Среди сочинений Парацельса труды есть, посвященные хирургии. Это книги «хирургия Малая» (1528) и «Большая хирургия» (1536). знаменитый Свой труд «Большая хирургия» он писал во скитаний время по горам Швейцарии: этот труд опубликован был в 1536 г., а затем переиздан и принес заслуженную Парацельсу славу. В нем содержалось учение о которые, ранах тогда чаще всего были хирургической объектом практики, о язвах, об их лечении и предупреждении Правда. осложнений, содержание той хирургии, которой Парацельс занимался и о которой он писал в своей «Большой слишком», не хирургии-то отличалось от средневековой. Все же он разработал и немало описал новинок, прежде всего рациональную лечения систему ран, а также переломов. Когда был Парацельс военным врачом, то применял, скорее оперативные, всего методы, например, при лечении Это. ран были принятые тогда способы Однако. лечения, очевидно, плохие результаты подобных заставили вмешательств его разочароваться в использовавшихся хирургических прийти и операциях к мысли, которую он выразил так: «хирургические Все болезни (сифилис, нарывы и т.д.) можно средствами и излечивать физической (т.е. консервативной, терапевтической. – М.М.) медицины».

лечении При ран главное, считал Парацельс, том в заключается, чтобы обеспечить действие в организме жидкости особой (сока): она хотя и находится организме в повсюду, но разнообразна для различных органов и для даже частей одного и того же органа.

жидкость Эта (сок) поддерживает целостность организма и его способствует восстановлению при ранениях. Согласно существовало, Парацельсу правило специфичности: заживление мышц только происходило при помощи мышечного сока, связок заживление – с помощью сока из связок и т.д.

Жидкость сок (эта) у лиц старшего возраста теряла силу свою, отчего раны у стариков заживали хуже и медленнее, чем у молодых; в худшую сторону качество ее изменялось и в других случаях, например под воздуха влиянием и других факторов.

Таким образом, ран заживление происходило благодаря одним лишь природы силам.

Особо стоит подчеркнуть, что выступал Парацельс против «выжигания» огнестрельных ран, ран прижигания каленым железом и кипящим маслом. метод Этот был широко распространен еще в медицине арабской. Парацельс же в лечении ран стремился первичного добиться заживления (prima intentio) и потому обеспечить старался простое чистое содержание раны, т.е., современным говоря языком, избежать раневой инфекции. Парацельса Взгляды на лечение ран во многом разделял земляк его и младший современник, ученый-хирург из Феликс Базеля Вюрц (1510-1580). Он тоже вредным считал производить постоян- ное зондирование и ран очищение, в их лечении старался уменьшить воспаление и отпадению способствовать струпа. В общем, Парацельс считал, раны что должны быть «предохранены от внешних Однако». врагов вряд ли будет правильным, подобно исследователям некоторым, делать из этого вывод, что якобы Парацельс предвидел роль бактериального загрязнения конечно, ран, это не так. Однако о том, призывал он что перевязывать раны чистыми повязками, говорить можно вполне определенно. В отличие от большинства хирургов и врачей XVI в. Парацельс вовсе не считал, нагноение что раны является необходимым условием ее Наоборот. заживления, стремясь к заживлению ран первичным per (натяжением primam intentionem), Парацельс рекомендовал нагноения избегать и последующего рубцевания, указав тем наиболее на самым рациональный метод лечения ран. известны Хорошо его рекомендации, содержавшиеся в «Большой удалять», хирургии опухоли с помощью хирургического ножа, советы его по лечению переломов и т.д. Ясно, что недаром Парацельс называл себя «доктором обеих искренне» и медицин считал хирургию и медицину единым или понятием, по его словам, «исходящими из единого многих». Во знания трудах о Парацельсе приводятся принадлежащие слова ему, ставшие поистине крылатыми: «Врач отрубить должен болезнь, как дровосек отрубает пня от дерево». Эти слова следует трактовать свидетельство как своеобразного хирургического мышления Парацельса, стремления его радикально, в том числе и с помощью ножа хирургического, покончить с источником болезни. Выдвигая на план первый поиски лекарств, Парацельс отнюдь не необходимым считал для прогресса медицины и хирургии развитие и знание анатомии. Так, он писал: «Для полезных познания лекарств совершенно безразлично знать о где, том лежат мозг и печень». Странно, что, конечно так рассуждал «доктор обеих Однако». медицин в этих словах нет ничего хирургии против. Вероятно, это было связано с что, тем хирургия лечила тогда в основном поверхностные, наружные болезни.

Парацельс немало сделал развития для медицины и хирургии. Однако самым представителем выдающимся средневековой хирургии (именно хирургии, а не медицины всей), реформатором, изменившим ее лицо, стал цирюльник бьгаший Амбруаз Паре.

  1. Контрольные вопросы 1. была Какой хирургия в Византии? 2. Хирурги и хирургия в медицине арабской. 3. Вклад Альбукасиса в развитие хирургии. 4. «врачебной Канон науки» Авиценны и хирургия. 5. Католическая Средневековья церковь и запрет хирургических операций. 6. Известны ли труды вам Де Шолиака? 7. Какова была роль врачебных и больниц школ в развитии хирур- гии? 8. Европе в Хирургия в эпоху
  2. Правильные сочетания пищи предписывают Врачи, кулинары готовят, а люди потребляют любых в пищу сочетаниях, совершенно игнорируя физиологические пищеварительной пределы системы человека. Существует общее том, в убеждение числе среди врачей, будто может желудок в один прием усвоить любое пищи количество и в любых комбинациях. Пищеварение подчинено физиологии законам и биохимии. Но так называемые ученые в питания области
  3. Молоко Молоко является питанием новорожденных для млекопитающих. Оно очень хорошо хорошо и разведено приспособлено к нежному и неразвитому желудку ради, новорожденного которого оно и вырабатывается. Молоко готово коровы удовлетворить питательные потребности теленка, козленка – козье, молоко суки – потребности щенка и т.д. У млекопитающих всех молодняк определенное время поддерживается путем естественным
  4. История технологии лекарственных форм. I. лекарственных Изготовление препаратов в древности. В Древнем Египте и др. Древнего странах Востока средства растительного, животного и происхождения минерального применяли в наливном виде. Основные изготовления приемы лекарственных препаратов были сходны с приготовления приемами пищи: измельчение, вымачивание, отваривание, прочие и сушка. Использовалось большое количество магических
  5. ХИРУРГИЯ И АНАТОМИЯ
    Хотя на медицинских факультетах многих XVI в XV—университетов вв. изучали анатомию, а анатомические театры все получали большее распространение, противостояние университетских хирургов и врачей продолжалось. В отличие от докторов, знатоков языков древних и ученых книг, хирургов и цирюльников называли часто «шарлатанами», но слово это имело иной совсем смысл, чем в наши дни. назывались Так
  6. АЛХИМИЯ И МЕДИЦИНА АЛХИМИЯ долгое была не время прямо связана с медициной, хотя ее были термины традиционно близки к врачебным терминам: операции алхимические были подобны лечению. Представим, что, например в расплавленную медь бросили кусочек руды цинковой. Получилось «искусственное золото» (латунь, меди сплав с цинком). У такого «искусственного золота» существенный есть недостаток: со временем
  7. ИНОЗЕМНЫЕ ВРАЧИ ЦАРСКОМ ПРИ ДВОРЕ Уже в XV в. при дворе князей московских были врачи, приглашенные из западных Софийская. стран летопись 1485 г. упоминает о «немце который», Онтоне был зарезан под мостом «овца как» за неудачное лечение. В 1490 г. печальная постигла участь еврейского врача Леона, казненного за лечение безуспешное сына Ивана III. Однако объединении при русских княжеств, расширении культурных и связей торговых со
  8. МЕДИЦИНСКАЯ НАУКА В РОССИИ И НОВАЯ ТЕРМИНОЛОГИЯ НАУЧНАЯ XVII столетие в Европе было начала временем «экспериментального естествознания». Появившиеся в русском книги переводе Я.Гевелия «Селенография» и «Анатомия» А. Везалия предвестниками были нового периода в развитии науки в Однако. России распространение науки в XVII столетии ограничено было узким кругом лиц. «Анатомию» как, Везалия и астрономическое сочинение Я.Гевелия практически ВОЕННЫЕ в
  9. переоткрывали И ГРАЖДАНСКИЕ ФАРМАКОПЕИ В течение 18 века в был России издан ряд фармакопей, составленных врачами русскими и фармацевтами: 1. Pharmakopoea castrensis (военная 1765) – фармакопея г. 2. Pharmakopoea Rossica (первая русская гражданская Государственная фармакопея) – 1778 г. 3. Pharmakopoea castrensis (военная вторая фармакопея) – 1779 г. 4. Pharmakopoea Rossica
  10. БИБЛИОГРАФИЯ 4 ПРИЛОЖЕНИЕ Учебники и учебные пособия 1. Бородулин Ф.Г. медицины История. Избранные лекции. – М.: Медицина, 1961. – Грицак с. 2. 252 Е.Н. Популярная история медицины. – М.: Вече, 464. – 2003 с. 3. Заблудовский П, Е. История отечественен медицины: курсу к Материалы истории медицины: Ч 1. Период до 1917 г. – М.: ЦОЛИУВ. Изд, 1969. – 400 с. 4. Заблудовский П.Е. История медицины отечественной:

Подписаться на автора и получать его новые посты!

Поделись сейчас:

Источник: http://house.jofo.me/321178.html

Парацельс

Парацельс - «доктор обеих медицин»

Парацельс (настоящее имя Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм). Знаменитый алхимик и врач швейцарско-немецкого происхождения, один из основателей ятрохимии.

Официально:

Парацельс (настоящее имя Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм). 21 сентября 1493 – 24 сентября 1541. Знаменитый алхимик и врач швейцарско-немецкого происхождения, один из основателей ятрохимии.

Неофициально:

1. Прославленный врач, естествоиспытатель и алхимик Филипп Ауреол Бомбаст фон Гогенгейм был человеком не слишком-то послушным и скромным. Объездил весь мир, ссорился с властями, лечил людей и ставил опыты, писал книжки, преподавал на немецком, а не на привычной времени латыни, что тоже было вызовом.

2. Парацельс родился в семье врача из старинного, но обедневшего дворянского рода. Мать тоже была не чужда медицине – лечила монахинь в аббатстве.

3. Природа обделила Филиппа красотой – тщедушное тело, тощие кривые ноги, большая голова, но компенсировала недостачу незаурядными способностями к науке.

4. Будущий Парацельс получил прекрасное домашнее образование в области медицины и философии. К 16 годам он изучил основы хирургии, терапии и алхимии.

5. Взяв все, что можно, в семье, Филипп навеки покинул отчий дом и отправился учиться в университет Базеля. Степень доктора медицины он получил в Ферраре, оккультные учения постигал у знаменитого аббата Иоганна Тритемия в Вюрцбурге.

6. На этом его странствования не окончились. А только начались: за свою – менее, чем 50-летнюю – жизнь Парацельс объехал всю Европу.

Медиком он участвовал во всевозможных военных кампаниях, навестил чуть не все европейские университеты, побывал в Англии, Шотландии, Испании, Португалии, Франции, в скандинавских странах, заезжал в Польшу, Литву, Пруссию, Венгрию, Трансильванию, Валахию, государства Апеннинского полуострова. Ходили слухи, что он побывал в Северной Африке, Палестине, Константинополе, России и даже в татарском плену.

7. Все путешествия Парацельс совершал не просто так, а собирая научную информацию. Он черпал ее не у одних лишь врачей и алхимиков, но и у самых разных людей: палачей, цирюльников, пастухов, цыган, повитух и так далее.

8. Филипп фон Гогенгейм считал, что превосходит знаниями и умением древнеримского врача Цельса и не оставил это мнение при себе, а объявил себя вслух Парацельсом – превосходящим Цельса.

9. Парацельс вообще не слишком стеснялся и был несдержан на язык: однажды он заявил, что его башмаки больше смыслят в медицине, чем авторитетные врачи древности. В знак презрения к древним врачам и существующим методам лечения он взял да и развел костер перед Базельским университетом и сжег на нем сочинения Аристотеля, Галена и Авиценны.

10. В 1530 году Парацельс навестил Нюрнберг. Местные врачи назвали его мошенником, и чтобы опровергнуть обвинения в шарлатанстве, он вылечил нескольких пациентов, больных слоновой болезнью.

11. Доктор обеих медицин, то есть терапии и хирургии, много думал о происхождении и протекании болезней. Именно Парацельс пресек вспышку чумы, первым применив нечто похожее на вакцинацию.

12. Горняков в то время косил силикоз. Парацельс сумел объяснить его природу и причины.

13. Именно Парацельс первым начал применять для лечения химические средства – Александр Герцен даже назвал Парацельса первым профессором химии от сотворения мира.

14. Парацельса считают дедушкой современной фармакологии. «Всё есть яд, и ничто не лишено ядовитости; одна лишь доза делает яд незаметным», – это сформулировал Парацельс. Яд делает лекарством доза – переводим мы на современный язык.

15. Согласно «доктрине сигнатур» Парацельса, форма, окраска, вкус растения указывают болезнь, против которой оно помогает. Лечи подобное подобным скажет вслед за Парацельсом Ганеман и породит гомеопатию.

16. К другим важным достижениям Парацельса относят  первое сочинение о женских болезнях – женщины в ту пору со своими хворями по врачам не ходили, и свои знания Парацельс почерпнул как раз у ведьм-повитух.

17. Астролог и алхимик, Парацельс разделял и заблуждения своего средневекового времени. Он понимал природу, как единое целое, состоящее из земли, воды, воздуха и небесного огня. У каждой из четырех стихий он выделял своего духа, причем для духа земли – гнома – Парацельс самолично придумал название. Он вывел его от греческого «гнозис», то есть знание.

18. Парацельс считал, что живые организмы состоят из ртути, серы, солей и ряда других веществ, которые образуют все прочие тела природы. Когда человек здоров, эти вещества находятся в равновесии друг с другом. Если что-то преобладает или напротив, находится в недостатке, человека одолевает болезнь. 

19. Избыток серы приводит, по мнению Парацельса к лихорадке или чуме, избыток соли – к расстройству желудка или водянке, а при избытке ртути возникает паралич.

20. Рассказывают что больших богатств Парацельс не накопил и умер в Зальцбурге вроде бы от отравления ртутью. Он всю жизнь пытался получить из нее золото, но в конце жизни признал поражение: «Из семени лука вырастет лук, а не роза, орех или салат».

21. Впрочем, последние исследования версию о ртути опровергают, а подтверждают, наоборот, версию насильственной смерти от рук бандитов, нанятых его врагами – лекарями.  Врагов у Парацельса хватало – ведь бедняков он лечил бесплатно.

22. В 1976 году выяснилось, что швейцарцы считают Парацельса самым великим своим соотечественником, и потому его портрет поместили на самой крупной купюре в пять тысяч франков. Сбылись слова Фауста, прототипом которого, кстати сказать, считают Парацельса – остановилось прекрасное мгновенье.

Источник: https://scientificrussia.ru/articles/paratsels

Читать онлайн Парацельс страница 23. Большая и бесплатная библиотека

Парацельс - «доктор обеих медицин»

Говорили, что в Вене “доктор обеих медицин” был дважды принят королем Фердинандом, которому посвящена “Большая хирургия”. И, очевидно, эта королевская милость заставила венских врачей воздержаться от открытых выступлений против Парацельса. Сам он писал, что венские врачи не отваживались с ним диспутировать.

Множество людей обращалось к Парацельсу за советом и помощью, в заработке недостатка не было, и Теофраст вел в Вене веселую и праздничную жизнь, “с добрыми товарищами на Дунае транжирил свои деньги”.

Но и веселая столичная жизнь лишь на короткий срок задержала этого вечного странника; уже в начале 1538 года он направился в родной Виллах, где четыре года тому назад (8 сентября 1534 г.) умер его отец Вильгельм. Недалеко от этого города в местечке С.-Фейт прожил он некоторое время. Снова наступил период плодотворной литературной работы.

Здесь Парацельс закончил “Хронику и происхождение Каринтийской земли” и написал “Медицинский лабиринт”, введение к которому датировано 1 августа и заключительная часть – 3 сентября.

С 1539 до 1541 года Парацельс беспрерывно странствовал. Пребывание его можно проследить в Аугсбурге, Мюнхене, Бреславле, Гретце. Наконец, в начале 1541 года он вновь на недолгий срок возвращается в Вену, чтобы отсюда предпринять последнее в своей жизни путешествие.

Уже в это время здоровье Парацельса пошатнулось – об этом свидетельствуют его портреты, относящиеся к 1538–1540 годам, рисованные Августином Гиршфогелем из Нюренберга.

Спина его слегка сгорблена, безбородое лицо испещрено морщинами, две глубокие складки залегли у плотно сжатых тонких губ, голова облысела и ее украшает только узкая кайма вьющихся волос.

Высокий лоб его от огромной лысины кажется еще больше, он нависает тяжелым куполом над глубокими глазными впадинами, из которых выглядывают все еще живые и острые глаза.

В ярком пламени бурной и деятельной жизни человек этот сгорел быстро, много раньше, чем это установлено для среднего нормального индивидуума.

Какой железный организм мог бесследно перенести изнурительные скитания, многолетнее полуголодное существование, бессонные ночи, в которые предавался он своим литературным трудам? Какие нервы могли без ущерба вынести бесконечные преследования врагов, постоянную неуверенность в завтрашнем дне, неоднократные угрозы тюремного заключения, а может быть и смерти? Нашлись люди, которые говорили о темной и порочной личной жизни ученого, обвиняли его в пьянстве и разврате и пытались этим объяснить его раннюю смерть. Фактов, подтверждающих эти измышления, – нет. Он был человек, обыкновенный человек из плоти и крови. Он любил труд и предавался ему с необузданной страстью, но ему люб был и отдых, законно заработанный им. Неоднократно в своих писаниях Парацельс упоминает о веселых и шумных попойках с друзьями. И можно ли осуждать его за то, что иногда он не знал меры вину и шуткам?

Давайте измерим версты, пройденные Парацельсом, взвесим тяжесть условий его жизни и подсчитаем число страниц его ученых трудов, тогда станет ясно, что нечеловеческое напряжение подорвало силы этого человека и нет надобности искать других причин его ранней смерти.

Теологи, философы и маги

Теофраст Бомбаст фон-Гогенгейм, именуемый Парацельсом, в истории научного естествознания стоит особняком – смелый критик и новатор, переросший свое время.

Парацельс был первым ученым, поднявшим оружие беспощадной критики против всего, что мнилось средневековому врачебному миру незыблимым и священным: учений Гиппократа, Галена и Авиценны, методов преподавания средневековой школы, латинского языка, который единственно достоин изгнать науку.

Он развенчивал средневековую алхимию и смело ставил ей новую цель – служить медицине. Он смеялся над астрологией, некромантией (ее он именовал нарромантией – наукой дураков) и другими тайными науками.

Парацельс последовательно проводил в жизнь свои взгляды, не отступая перед насмешками, непониманием и гонениями.

Он был опасным бунтовщиком в науке. Великолепным мужеством отмечены его критические дерзания, ибо в это глухое и фанатичное время человек, поднимавший борьбу с идеологией, освященной авторитетом церкви и государства, рисковал всем – спокойствием, имуществом и жизнью.

Парацельс не уклонился и от политической борьбы своих дней, выступив в этой области с крайними воззрениями, которые также не могли быть приятны господствующим классам.

Естественные науки в ту пору нуждались прежде всего в освобождении от гнета авторитетов и догм, в утверждении за учеными права на свободное исследование.

Дерзким новаторам, в первом ряду которых стоит Парацельс, нужно было расчистить почву для ничем не стесненного опытного знания.

Только после этого вековая упорная работа множества естествоиспытателей, великих и малых, могла разрешить гигантскую задачу построения нового научного естествознания и, в частности, новой медицины.

Однако Парацельсу принадлежат не только огромные заслуги в переоценке старых научных ценностей и разрушении ложных идеалов. В его медицинских и философских трудах разбросано немало блестящих новых мыслей, которые вошли в железный фонд мировой науки. Этот разрушитель был одновременно и творцом; н только как творец нового |Он мог стать могучим разрушителем.

Конечно, тогда не могло быть и речи о немедленном возведении на обломках разрушаемых воззрений стройного законченного здания новой науки.

Для этого необходимо было накопление огромного фактического материала, кропотливая долгая работа, преодоление многих предрассудков и заблуждений. Все это было не под силу одному человеку и неосуществимо за короткий период одной человеческой жизни.

Не надо преувеличивать и возможности самого Парацельса. Пережитки средневекового мировоззрения тяготели над ним.

Философия и медицинская система Парацельса, которые он пытался создать вместо отвергаемых им, хотя и являются бесспорным шагом вперед по пути освобождения разума от пут теологии, все же находятся под сильным влиянием религиозно-идеалистических заблуждений и содержат многочисленные ошибки, вызванные младенческим состоянием естественных наук.

Но несмотря на заблуждения своей общей медицинской концепции и вопреки им, могучий ум Парацельса дал науке ряд верных мыслей, блестящих догадок и провидений.

Парацельс почти за целое столетие до Бэкона Веруламского провозгласил опыт единственным руководителем в научном исследовании. “Медицина является не чем иным, как большой добросовестной опытностью”, – говорил он и пытался строить новую науку, опираясь на свой собственный опыт, на свои эксперименты, а не на компиляции из чужих сочинений.

Ныне мысль о тесной взаимной связи между всеми естественными науками и о необходимости использования медициной других отраслей естествознания является мыслью само собой понятной и даже тривиальной.

Не то было во времена Парацельса. Когда он заявил, что процессы, совершающиеся в человеческом теле, сводятся к химическим превращениям, а химия имеет своей основной целью изготовление лекарств, то это было революцией и в области медицины и в области химии.

О том, насколько новы и еще малодоступны были эти взгляды, свидетельствует упорная борьба, развернувшаяся вокруг вопроса о правомерности проникновения химии в медицину.

Даже в XVIII веке Борде писал: “Химия с начала своего существования стремится завоевать медицину…, но нам нечего делать с химией”, а ученик Шталя – Юнкер – говорил: “Химии нечего делать в области медицины”.

Современная медицина почти забыла о великом эйнзидельнце. Историки медицины заявляют: “В медицине не осталось ничего, сохранившего имя Парацельса, вошедшего в историю главным образом в качестве основателя и пламенного апостола химии”.

Но это неверно. Пусть лекарства, применявшиеся Парацельсом, действительно отошли в прошлое, все же и современное практическое врачевание многим обязано ему и медицина использовала ряд мыслей, высказанных впервые доктором Теофрастом.

Так, его работы о сифилисе были глубже и вернее работ его современников и стали прочным достоянием науки только в XIX веке.

Позднейшая медицина вынуждена была подтвердить его высказывания о значении минеральных источников в лечении ряда болезней (подагра, артрит, ишиас и др.).

Парацельсом было положено начало металлотерапии.

В его трудах уже находятся намеки на возможность существования микроорганизмов, являющихся возбудителями заразных болезней.

В учении Парацельса истинно гениальным было провозглашение материалистических принципов научного исследования: необходимость непосредственного изучения природы, обоснование медицинской науки опытным материалом.

И когда он неуклонно следовал этим своим принципам, тогда творчество его поднималось до высот истинных научных достижений. Но в конечном счете всякое научное творчество определяется философскими воззрениями ученого.

Чтобы до конца понять учение Парацельса и выяснить причины его многочисленных ошибок и заблуждений, надо ознакомиться с его философскими взглядами.

Философия – наука об основных принципах развития бытия и мышления, она ставит своей задачей объединить все человеческое знание единым принципом и методом, она связывает в единое целое и стройное мировоззрение всю совокупность человеческих знаний. Философия всегда является концентрированной идеологией определенных классов в данную эпоху исторического развития. Она отражает действительность, реальное общественное бытие, изменяется вместе с ним.

Источник: https://dom-knig.com/read_187662-23

Парацельс – «доктор обеих медицин»: Сын врача-лиценциата медицины Вильгельма Гогенгейма, происходившего

Парацельс - «доктор обеих медицин»

Сын врача-лиценциата медицины Вильгельма Гогенгейма, происходившего из обедневшего дворянского рода, Парацельс (Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм) (1493-1541) родился в Швейцарии, а медицинское образование получил в университете Ферраре (Северная Италия).

Обучение в этом университете многое дало Парацельсу, который к тому же посещал и соседние университеты в Падуе и Болонье. В 1516 г. он окончил университет, защитил диссертацию и был удостоен, как водилось в те времена, шляпы доктора медицины. Затем доктор медицины Парацельс в течение многих лет вел жизнь странствующего лекаря.

Он побывал во многих странах Европы, от Португалии до Литвы, от Швеции до Италии. Существует легенда, что он был в России и даже в Египте. Во время этих странствий он не только сам занимался лечением больных и раненых, но и знакомился с методами, применявшимися различными врачами и не врачами.

Это позволило ему, помимо собственного опыта, накопить солидную сумму знаний по медицинской практике и стать искусным врачом-целителем. Наконец, покончив с кочевым образом жизни, Парацельс осел в Страсбурге, а через несколько месяцев переехал в родную Швейцарию, в Базель.

Дело в том, что, будучи как-то в этом городе на Рейне, он взялся вылечить известного книгоиздателя Иоганна Фробена (Фробениуса) и успешно справился со своей задачей. Хотя его пригласили как хирурга (пациенту угрожала ампутация нижней конечности), Парацельс сумел, назначая Фробениусу только лекарства, сохранить ему ногу.

Этот успех помог доктору медицины получить профессорскую кафедру в Базельском университете. В Базеле Парацельс стал городским врачом и одновременно профессором университета по кафедре естественной истории и медицины. Его лекции, новые и оригинальные по содержанию, пользовались большим успехом; читал он их не на ученой латыни, а на немецком языке.

Характерно, что уже во вступлении к своим лекциям, изданным в Базеле в 1527 г., Парацельс предупреждал, что не станет, как делали все тогдашние профессора, комментировать, а будет критиковать классиков медицины – Галена и Авиценну, и будет учить студентов по своему собственному опыту в области внутренней медицины и хирургии.

Студентов он обучал не только на лекциях, но и у постели больных, во время экскурсий за лекарственными растениями и минералами и т.д. В 1529 г., после трех лет относительно спокойной оседлой жизни, из-за интриг местных врачей Парацельс вынужден был покинуть Базель и вернуться к жизни странствующего лекаря и алхимика. Его жизненный путь окончился в 1541 г.

в Зальцбурге, где он прожил всего несколько месяцев.

Парацельс – один из наиболее ярких деятелей медицины и хирургии эпохи Возрождения – внес много нового в лечебную практику. Для нас особенно важно, что наряду с внутренней медициной (т.е. говоря современным языком, терапией) Парацельс много занимался и хирургией.

Еще в первый период своей кочевой жизни, будучи странствующим лекарем, он много путешествовал, объездил многие страны Европы, участвовал в военных походах. Вероятно, именно там он приобрел тот хирургический опыт, который впоследствии лег в основу его научных трудов по этой специальности. Во всяком случае, совершенно точно установлено, что во время своих многочисленных странствий он нередко выступал в роли не только лекаря, но и хирурга – в Нидерландах, Дании, Италии он был военным врачом.

Считают также, что он был военным лекарем швейцарских наемников во время так называемых венецианских войн 1521-1525 гг. В биографии Парацельса есть и такой факт. 5 декабря 1526 г. он купил право гражданства в Страсбурге и, как тогда водилось, вступил в цех. Он выбрал цех «Люцерна» (цех фонаря), куда входили и хирурги, видимо, и в это время он занимался хирургической практикой. Более того, есть основания предполагать, что в Страсбурге он преподавал еще и в существовавшей там хирургической школе. В общем, вопреки господствовавшему тогда в Европе порядку, в соответствии с которым врачу с университетским образованием было зазорно и просто стыдно заниматься хирургией, Парацельс был не только терапевтом, но и хирургом. Он многое знал и умел в хирургии и обогатил эту специальность рядом нововведений. Когда в 1527 г. он стал университетским профессором в Базеле, то в курс медицины, который он читал своим студентам, входили самые различные вопросы, в том числе о повреждениях и хирургических заболеваниях. Здесь же, в Базеле, он начал разрабатывать проблему общего лечения ран и опухолей. Новые лекарства Парацельс проверял при лечении наружных страданий – ранений, язв, опухолей (тогда лечение всей этой патологии входило в компетенцию хирургов), и только позже он стал применять их и при внутренних болезнях. Не подлежит сомнению, что не в пример абсолютному большинству тогдашних врачей он считал хирургию неотъемлемой частью медицины, сознавал единство и глубокую внутреннюю связь консервативного и радикального лечения болезней. «Хирургом быть невозможно, ежели не быть врачом (т.е. терапевтом. – М.М.), хирург из врача рождается, – писал он. – А ежели врач к тому же не будет хирургом, то он окажется болваном, в коем нет ничего, и размалеванной обезьяной». Сам Парацельс с гордостью именовал себя «обеих медицин доктором» (т.е. доктором медицины и хирургии) – так было написано на титульных листах его научных трудов. Среди сочинений Парацельса есть труды, посвященные хирургии. Это книги «Малая хирургия» (1528) и «Большая хирургия» (1536). Свой знаменитый труд «Большая хирургия» он писал во время скитаний по горам Швейцарии: этот труд был опубликован в 1536 г., а затем переиздан и принес Парацельсу заслуженную славу. В нем содержалось учение о ранах, которые тогда чаще всего были объектом хирургической практики, о язвах, об их лечении и предупреждении осложнений. Правда, содержание той хирургии, которой занимался Парацельс и о которой он писал в своей «Большой хирургии», не слишком-то отличалось от средневековой. Все же он разработал и описал немало новинок, прежде всего рациональную систему лечения ран, а также переломов. Когда Парацельс был военным врачом, то применял, скорее всего, оперативные методы, например, при лечении ран. Это были принятые тогда способы лечения. Однако, очевидно, плохие результаты подобных вмешательств заставили его разочароваться в использовавшихся хирургических операциях и прийти к мысли, которую он выразил так: «Все хирургические болезни (сифилис, нарывы и т.д.) можно излечивать и средствами физической (т.е. консервативной, терапевтической. – М.М.) медицины». При лечении ран главное, считал Парацельс, заключается в том, чтобы обеспечить действие в организме особой жидкости (сока): она хотя и находится повсюду в организме, но разнообразна для различных органов и даже для частей одного и того же органа. Эта жидкость (сок) поддерживает целостность организма и способствует его восстановлению при ранениях. Согласно Парацельсу, существовало правило специфичности: заживление мышц происходило только при помощи мышечного сока, заживление связок – с помощью сока из связок и т.д. Жидкость эта (сок) у лиц старшего возраста теряла свою силу, отчего раны у стариков заживали медленнее и хуже, чем у молодых; в худшую сторону изменялось ее качество и в других случаях, например под влиянием воздуха и других факторов. Таким образом, заживление ран происходило благодаря одним лишь силам природы. Особо стоит подчеркнуть, что Парацельс выступал против «выжигания» огнестрельных ран, прижигания ран каленым железом и кипящим маслом. Этот метод был широко распространен еще в арабской медицине. Парацельс же в лечении ран стремился добиться первичного заживления (prima intentio) и потому старался обеспечить простое чистое содержание раны, т.е., говоря современным языком, избежать раневой инфекции. Взгляды Парацельса на лечение ран во многом разделял его земляк и младший современник, ученый-хирург из Базеля Феликс Вюрц (1510-1580). Он тоже считал вредным производить постоян- ное зондирование и очищение ран, в их лечении старался уменьшить воспаление и способствовать отпадению струпа. В общем, Парацельс считал, что раны должны быть «предохранены от внешних врагов». Однако вряд ли будет правильным, подобно некоторым исследователям, делать из этого вывод, что Парацельс якобы предвидел роль бактериального загрязнения ран, конечно, это не так. Однако о том, что он призывал перевязывать раны чистыми повязками, можно говорить вполне определенно. В отличие от большинства врачей и хирургов XVI в. Парацельс вовсе не считал, что нагноение раны является необходимым условием ее заживления. Наоборот, стремясь к заживлению ран первичным натяжением (per primam intentionem), Парацельс рекомендовал избегать нагноения и последующего рубцевания, указав тем самым на наиболее рациональный метод лечения ран. Хорошо известны его рекомендации, содержавшиеся в «Большой хирургии», удалять опухоли с помощью хирургического ножа, его советы по лечению переломов и т.д. Ясно, что Парацельс недаром называл себя «доктором обеих медицин» и искренне считал хирургию и медицину единым понятием или, по его словам, «исходящими из единого знания». Во многих трудах о Парацельсе приводятся принадлежащие ему слова, ставшие поистине крылатыми: «Врач должен отрубить болезнь, как дровосек отрубает дерево от пня». Эти слова следует трактовать как свидетельство своеобразного хирургического мышления Парацельса, его стремления радикально, в том числе и с помощью хирургического ножа, покончить с источником болезни. Выдвигая на первый план поиски лекарств, Парацельс отнюдь не считал необходимым для прогресса медицины и хирургии знание и развитие анатомии. Так, он писал: «Для познания полезных лекарств совершенно безразлично знать о том, где лежат мозг и печень». Странно, конечно, что так рассуждал «доктор обеих медицин». Однако в этих словах нет ничего против хирургии. Вероятно, это было связано с тем, что хирургия лечила тогда в основном наружные, поверхностные болезни.

Парацельс немало сделал для развития медицины и хирургии. Однако самым выдающимся представителем средневековой хирургии (именно хирургии, а не всей медицины), реформатором, изменившим ее лицо, стал бьгаший цирюльник Амбруаз Паре.

Источник: М. Б. Мирский. История медицины и хирургии. 2010

Источник: https://med-books.info/istoriya-meditsinyi_751/paratsels-doktor-obeih.html

Books-med
Добавить комментарий