Алексис Каррель: сосудистый шов

Алексис Каррель: сосудистый шов

Алексис Каррель: сосудистый шов

Одним из самых прославленных хирургов ХХ в. был Алексис Каррель(1873-1944), начало его научной карьеры почти совпало с началом столетия.

Алексис Каррель родился в 1873 г. во Франции в городке СантаФой, близ Лиона. С юных лет он интересовался естествознанием и, получив среднее образование, поступил на медицинский факультет Лионского университета. В 1896 г.

Каррель получил диплом врача и посвятил себя научным исследованиям. В первое время его особенно интересовала патология – в Сорбонне и Медицинском колледже Парижа он выполнил ряд работ, посвященных различным вопросам патологической анатомии онкологических и некоторых других заболеваний.

В 1900 г. он защитил диссертацию на степень доктора медицины.

показано 19 из 147

Большее внимание в своих исследованиях он уделял экспериментальной хирургии. Между прочим, он заинтересовался знаменитыми экспериментально-хирургическими операциями великого русского физиолога И.П. Павлова и в 1902 г. в статье, опубликованной в журнале «Lyon medical», описал одну из этих операций.

Внимание Карреля привлек новый, только рождавшийся тогда раздел хирургии – хирургия кровеносных сосудов.

Задавшись целью разработать новый способ соединения кровеносных сосудов, он провел серию экспериментов, в которых попытался осуществить анастомоз кровеносных сосудов конец в конец с помощью оригинального сосудистого шва. Попытки эти увенчались успехом.

Каррель разработал новый метод сосудистого шва, суть которого заключалась в использовании знаменитых «ситуационных нитей» – швов-держалок. Новый метод циркулярного сосудистого шва довольно быстро завоевал признание хирургов, его начали

применять в эксперименте, а затем и в клинике. Вскоре появились многочисленные модификации этого метода. Так, одной из первых его удачно усовершенствовала А.И. Морозова (1909), предложив использовать не три, а только две «ситуационные нити».

Сосудистый шов Каррель намеревался использовать для трансплантации кровеносных сосудов и главным образом различных органов с сохранением кровообращения. Однако в Лионском университете он в то время не нашел единомышленников (единственным, пожалуй, исключением был друживший тогда с Каррелем молодой Рене Лериш, впоследствии выдающийся французский хирург).

Свои эксперименты Каррель возобновил в США. Здесь вместе с физиологом Чарльзом Гатри в экспериментах на животных он изучал (1905-1906) такие вопросы, как пересадка сосудов, щитовидной железы, яичника, а также почки.

Все эти пересадки производились с соединением кровеносных сосудов. Одновременно Каррель и Гатри произвели (1906) на собаках несколько операций по аллотрансплантации целой конечности.

Особый интерес вызвали осуществленные Каррелем и Гатри первые экспериментальные трансплантации сердца (1905).

показано 20 из 147

В 1906 г. Каррель и Гатри произвели ортотопическую пересадку обеих почек и поначалу получили хороший результат. Пересадка обеих почек (с отрезками аорты и полой вены) производилась после двусторонней нефрэктомии и была ортотопической. Некоторые из оперированных животных жили до четырех месяцев.

Однако неприживление трансплантата, считал Каррель, вызвано, по-видимому, «биологическими факторами», которые остались ему неизвестными. Только позднее исследованиями ученых разных стран, базировавшимися на созданной И. И.

Мечниковым неинфекционной, в том числе трансплантационной иммунологии, было доказано, что все дело в иммунологическом конфликте, в несовместимости тканей.

До наших дней сохранили научное значение такие факты, открытые А.

Каррелем, как то, что прекращение кровообращения в почке на 50-60 минут не приводит к необратимым изменениям в ней, что охлаждение и перфузия пересаживаемого органа играют большую роль или что функцию трансплантированной почки следует оценивать по объему и удельному весу выделенной мочи. Каррелю принадлежит описание основных гистологических черт отторжения почечного трансплантата – отека, инфильтрации лим-

фоидными клетками, фиброза паренхимы. Каррель разработал метод пересадки почки в брюшную полость (1908) с соединением почечных сосудов с аортой и нижней полой веной.

Совместно с Гатри Каррель разработал технику пересадки щитовидной железы у собаки с соединением кровеносных сосудов (1905). Изучая перспективы трансплантологии, Каррель заинтересовался вопросом об использовании при пересадках органов и тканей от трупа. В частности, он провел эксперименты (1910) по пересадке кадаверных артерий, хранившихся в охлажденном виде.

Труды Алексиса Карреля в области трансплантологии и сосудистой хирургии заслуженно увенчала Нобелевская премия по физиологии и медицине, присужденная ему в 1912 г. В том же году он был избран действительным членом Рокфеллеровского института медицинских исследований.

показано 21 из 147

аррель занимался многими проблемами экспериментальной хирургии. Вместе с Беком он изучал (1905) хирургические и физиологические аспекты предгрудинного пищевода. Несколько работ он посвятил (1909-1914) хирургии грудной и брюшной аорты, сердца, легких, верхней полой вены, внутригрудным операциям. Каррель изучал также некоторые вопросы хирургии и физиологии желудочно-кишечного тракта.

В 1914 г. Каррель как врач вступил в ряды медицинской службы французской армии. Перед ним встала важная задача лечения инфицированных ран, которые были бичом военно-полевой хирургии.

За решение этой проблемы Каррель взялся в сотрудничестве с Генри Дакеном.

В результате был разработан усовершенствованный антисептический раствор Карреля-Дакена, который с определенным успехом использовался первоначально в военнополевой, а затем и в мирной хирургии.

Дальнейшие свои исследования Каррель посвятил культурам тканей. В исследованиях, выполненных в 1922-1931 гг., Каррель внес много нового в проблему культур тканей, в частности предложил новую методику культивирования тканей для физиологических целей.

Метод тканевых культур он использовал для изучения факторов роста тканей, физиологических свойств фибробластов, макрофагов, а также клеток злокачественных опухолей. В лаборатории Карреля известный летчик Ч.

Линдберг сконструировал перфузионную помпу для снабжения изолированных органов кровью и кислородом. С помощью этого прибора Каррель проводил

эксперименты по культуре органов, исследуя главным образом изолированные эндокринные органы.

Разнообразные научные заслуги Карреля получили признание во многих странах, и в том числе в нашей стране: в 1924 г. он был избран членом-корреспондентом, а в 1927 г. – иностранным членом Академии наук СССР. В академическом архиве сохранились письма А. Карреля с благодарностью за его избрание в состав Академии наук.

показано 22 из 147 стр. 22 из 147

В 30-х гг. в мировоззрении Алексиса Карреля, который уже отошел от активной научно-исследовательской деятельности, произошел пагубный сдвиг.

Обратившись к философии и социологии, он начал высказывать субъективные, идеалистические взгляды, а во время Второй мировой войны, оказавшись в оккупированной Франции, активно сотрудничал с марионеточным правительством Виши и фашистскими оккупантами.

Однако непреложным фактором остается огромное значение научных исследований А. Карреля для прогресса хирургии и трансплантологии.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/1_27977_aleksis-karrel-sosudistiy-shov.html

Искусство белошвеек в хирургии сосудов. Нобелевский лауреат Алексис Каррель

Алексис Каррель: сосудистый шов

 Каррель научился сшивать сосуды таким образом, что их рассечённые края завертывались наружу, оставляя внутри совершенно гладкую поверхность. Нить он пропитывал парафином, а пленкой из него покрывал свои крючки, скальпели и прочие инструменты. Все это препятствовало тромбозу — бичу тогдашней хирургии.  

Человек не может переделать себя без страданий, он скульптор, создающий себя из мрамора.

Алексис Каррель.

Во Франции, практически в черте города Лиона, в небольшом городке Сен-Фуа-де-Лион в семье богатого фабриканта и торговца знаменитыми лионскими шелками Алексиса Карреля Биллиарда родился первенец, также Алексис Каррель, будущий лауреат Нобелевской премии в области физиологии и медицины за 1912 год с формулировкой Нобелевского комитета: «За признание работы по сосудистому шву и трансплантации кровеносных сосудов и органов».

Алексис был первым из трех детей, и его отец скончался вскоре после рождения младшего сына. Его вдове, благочестивой католичке Анне-Марии, пришлось одной воспитывать весь этот выводок. Алексис закончил католическую школу, потом колледж отцов-иезуитов.

Религиозное образование давалось ни шатко, ни валко, но дядюшка мальчика, доморощенный алхимик со склонностью к патологоанатомическим экзерсисам и вивисекции, вызвал живой интерес племянника к своим занятиям, и они радостно разрезали на части и разнимали пойманных с помощью шляпной картонки птиц.

Похоже, это так забирало мальчика, что он уже в 12 лет твердо решил стать врачом.

Алексис поступил сразу в два университета – Лионский и Дижонский, причем в родном городе обучался на литературном факультете, а в Дижоне – на медицинском.

Получив звание бакалавра литературы, он поступает в Лионский университет в должности прозектора морга университетской больницы и защищает степень доктора медицины в самые короткие сроки.

В июне 1894 года молодой Каррель был свидетелем жестокого убийства президента Французской республики Мари Франсуа Сади Карно, весьма популярного в народе либерального политика, покончившего с реакционной угрозой буланжизма во Франции и уважаемого большинством.

Полубезумный анархист, террорист-эпилептик, некий Санте Казерио, сын миланского контрабандиста, нанес президенту свирепый удар своим стилетом, с обезьяньей (как и у всякого итальянца) ловкостью накинувшись на садившегося в карету политика. Ночью Карно скончался: клинок задел крупную артерию, и лучшие хирурги Республики ничего не смогли поделать.

Юношу глубоко поразила смерть любимца всей страны. Он стал размышлять, думать о нахождении путей сшивать кровеносные сосуды.

И отправился к… белошвейкам! Искусные кружевницы, умудрявшиеся сшивать и починять драгоценные малинские, турские и брабантские кружева, обучили его искусству неимоверно тонких, практически незаметных глазу швов, используя тончайшие иглы и почти неразличимые взором нити.

По свидетельству знавших Алексиса его руки с длинными тонкими пальцами, слегка подрагивавшими и постоянно шевелившимися, производили впечатление живущих своею жизнью разумных существ. У Алексиса стали появляться первые успехи, и раз за разом он экспериментировал все увлечённее.

Появились новые навыки и умения, а также специальные, изобретаемые в ходе операций медицинские техники, которые позднее вошли в историю мировой хирургии.

Каррель научился сшивать сосуды таким образом, что их рассечённые края завертывались наружу, оставляя внутри совершенно гладкую поверхность. Нить он пропитывал парафином, а пленкой из него покрывал свои крючки, скальпели и прочие инструменты.

Все это препятствовало тромбозу — бичу тогдашней хирургии. Кроме того, видя, что шить цилиндрической формы кровеносные сосуды технически сложно и неловко, он придумал своеобразную технику шва, натягивающего сосуд так, что он обретал сечение в виде треугольника.

Получить идеальные швы стало вполне реальным!

В 1902 году он устроил демонстрацию в своём университете, искусно сшивая артерии и вены, а также успешно восстанавливая кровоток в повреждённых сосудах. Но расчеты получить профессора кафедры не оправдались.

Всему виной был мерзкий, язвительный характер ученого, его глубочайшее презрение к людям средних способностей, отчего-то и непонятно с какого перепугу пошедших в науку вместо того, чтобы ползать на карачках под паровозом или бодро кидать уголь в вагонетку в глубине шахты.

Он совершенно не вписывался в касту консервативных преподавателей провинциального университета, а его постоянная сардоническая ухмылка и полный почти физического превосходства взгляд вызывали кипение мозга и оголтелую ненависть коллег.

Его не избрали профессором – противодействие местной профессуры было слишком энергичным. Через несколько месяцев разобиженный Каррель уехал в Париж.

Здесь необходимо сказать, что именно в этом году с ним случилось происшествие, оказавшее большое влияние как и на самого Карреля, так и на медицинское сообщество. Начнем с того, что он отправляется в Лурд.

Этот небольшой город в департаменте Верхние Пиренеи стал всемирно известен в конце 50-х годов 19 века. 14-летней малютке Бернардетте Субиру явилась Богоматерь. Причем аж 18 раз. Чудо есть чудо.

Но на дворе стояла вторая половина 19 века; уже отгремела Крымская война, по Европе вполне привычно бегали паровозы, стучал телеграф, подмигивало электричество. Никто не собирался в экзальтации припадать к новому чудесному источнику целительной воды.

Девочку допрашивали священники, вплоть до самых важных епископов, полицейские, представители власти и местной мэрии, исследовали медики и психиатры. Девочка была абсолютно нормальной и вполне уравновешенной. Она стала монахиней, а Лурд (или Лурда) – местом паломничества.

Сегодня в Лурде известно около 70, как считается, необъяснимых никакой медициной или психологией исцелений, признанных католической церковью. Все эти случаи проверялись врачами-скептиками.

Мало того, была специальная медицинская комиссия, прибывшая из столицы с целью проверки чудес. Скептик Эмиль Золя осмеял эти чудеса в своей книге. Мало того, критически настроенный Каррель сам приехал туда.

Он сомневался в беспристрастности комиссии, работавшей там, и смело критиковал как клерикалов, так и медиков-католиков, чаще таскавшихся с четками, чем с инструментарием врача. От влияния мамы-католички и воспитания отцов-иезуитов в его душе ничего не осталось.

Разрезывая в крошево всё живое, до чего он мог дотянуться, по колено в крови, он совершенно утратил веру в Бога и стал закоренелым агностиком.

И тут он становится свидетелем, почти участником Чуда – исцеления Мари Байи, которой он вкатил дозу морфия, чтобы она могла спокойно умереть от тяжелейшего туберкулезного перитонита, совершенно неизлечимого. Лишь слегка обрызганная из святого источника, девочка мгновенно выздоравливает прямо на глазах врача.

Позднее он напишет: «Во избежание шока как у верующих, так и у неверующих не станем обсуждать вопрос веры. Ограничимся лишь признанием того, что не имеет особого значения, страдала ли Бернадетта истерией, сочинила ли миф или просто сошла с ума… Единственное, что действительно стоит сделать, так это взглянуть на факты.

Они поддаются научному исследованию и существуют в области, выходящей далеко за пределы метафизической интерпретации… Естественно, наука должна непрерывно оставаться начеку в отношении шарлатанства и легковерия.

Но долг науки заключается и в том, чтобы не отрицать факты лишь потому, что они кажутся сверхъестественными, или потому, что им невозможно дать научное объяснение». Приехав в Париж, он попытался объяснить коллегам свою позицию, но в результате обструкции, устроенной антиклерикалами, и позиции руководства он был уволен.

Учитывая особенности его характера, никого это не удивило. По поводу своих коллег он как-то сказал: «Есть лишь один способ добиться того, чтобы каждый учёный обладал большими знаниями и талантом: уменьшить число ученых».

Каррель уезжает в Канаду. Он даже хотел купить ранчо и стать скотоводом. Но не успел он начать реализацию этой затеи, как ему предложили место ассистента на физиологической кафедре в Чикагском университете. Каррель еще в юности читал о египетских жрецах, трансплантировавших ткани с одного места организма на другое.

Также он был знаком с опытами некоего римского хирурга, лечившего своего хозяина-рабовладельца с привлечением тканей рабов. То есть жрецы брали и приживляли человеку его собственные ткани. А римлянин экспериментировал с чужими, но всегда неудачно. Сначала Каррель не придал этому значения.

Тем более, что, пришив на место только что ампутированную лапу собаки, и убедившись, что всё работает, он почувствовал себя окрылённым.

В 1906 году на него обратили внимание Рокфеллеры. Основатель Рокфеллеровского института С. Флекснер сделал его членом учёного совета. Тут его и настигла Нобелевская премия.

Когда Алексиса Карреля презентовали перед публикой, профессор Аккерман заявил: «Благодаря этому методу обеспечивается свободный ток крови в области наложения шва, и в то же время предотвращается послеоперационное кровотечение, тромбоз и вторичное сужение сосуда.

С помощью этого метода можно восстановить сосудистую проходимость, заменить удаленный у пациента сегмент сосуда сегментом, взятым из иного сосуда или от другого человека».

Вот с «другим человеком» у Карреля и не получалось – ткани отторгались. Об иммунитете тогда знали маловато. Сначала Каррель полагал, что это происходит от недостатка мастерства. Со временем он дошел до такого уровня, что делал все опции с ювелирной точностью и в считанные секунды.

Грешил на микробов, бесчеловечно истребляя ничтожнейших из бактерий.

Иммунологи помочь не могли – считалось, что фагоциты пожирают лишь бактерий, а не чуждые ткани и органы, а на деле оказалось – только подноси!  Он увлечённо и азартно работает со знаменитым летчиком, полковником Линдбергом, создавая первое в мире искусственное сердце.

Эта работа вполне удалась, была изготовлена «перфузионная помпа», вполне себе работавшая во время трансплантаций.  Он упорно работал, сделал много открытий и в 1938 году ушел в отставку, получив звание почетного профессора. К тому времени он давно стал известен в мире, даже АН СССР сделала его своим членом-корреспондентом.

Имея диплом литератора, Каррель славно владел пером и в 1934 году написал нашумевшую книгу «Человек – это неизвестное». Последователи Мальтуса и евгеники сочли автора своим единомышленником, а фашисты — замечательным фашистским учёным.

В книге Каррель дошел до призывов прекратить прививки и вообще любую профилактику, поскольку это мешает естественному отбору, рассуждал о биологическом неравенстве, причем как-то соединил его с классовым, заявив, что рабочие и крестьяне – наследственно умственно отсталые типы. Нацисты приняли его книгу «на ура».

С интересом следя за успехами Гитлера в конце 30- х годов, он возвращается во Францию, где сотрудничает с коллаборационистским правительством Виши и прочими «квислингами», создав «Институт по изучению проблем человека».

Считается, что в этом заведении не было того живодёрства, которым прославился выдающийся мясник Менгеле, но думается, что исследования там были направлены только в одну сторону…

Хотя существует вполне имеющее под собой почву мнение, что Каррель одинаково не любил и фашистов, и коммунистов. Он, скорее всего, считал их некими символическими силами, будучи всецело убежденным сторонником бескомпромиссного выживания в борьбе за существование, ставя его в основу всякого прогресса.

Каррель умер в 1944 году уже после того, как Париж освободился от оккупации. Парижане ещё пихали прикладами под рёбра пленных «бошей», пакуя их в пульмановские вагоны, а на улицах под горестные вопли и истошный визг брили головы легкомысленных уличных и даже домашних девиц, спавших с гитлеровцами.

Карреля пока не трогали, но пальцами в «пособника оккупантов» тыкали все вокруг. Алексис Каррель боялся выйти на улицу, ждал ареста. Старенький профессор, работы которого помогли спасти множество больных, умер от сердечного приступа, вызванного гнетущим страхом.

К его жизни замечательно подходит его же выражение: «Всякий человек есть история, не похожая ни на какую другую».   

Источник: https://ihospital.ru/ru/media/iskusstvo_beloshveek_v_hirurgii_sosudov_nobelevskij_laureat_aleksis_karrel/34/

Нобелевские лауреаты: Алексис Каррель

Алексис Каррель: сосудистый шов

27 мая 2017 в 21:23Медицина

О том, как занятие вышивкой и убийство президента довело до Нобелевской премии, но не уберегло от нацистских убеждений, читайте в сегодняшнем выпуске рубрики «Как получить Нобелевку».

Алексис Каррель

Родился 28 июня 1873 года, Сент-Фуа-де-Лион, Франция

Умер 5 ноября 1944 года, Париж, Франция

Лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине 1912 года. Формулировка Нобелевского комитета: «За признание работы по сосудистому шву и трансплантации кровеносных сосудов и органов».

Наш герой родился во французском Лионе. Его отец, Алексис Каррель-Биллиард был заводчиком, производил и продавал шелк. Мать Алексиса-младшего, Анна-Мария, родила мужу трех детей, старшим из которых был будущий нобелевский лауреат, а затем и воспитала всех их, потому что вскоре после рождения третьего ребенка отец умер.

Первое образование, которое получил Каррель, было религиозным, поскольку Анна-Мария была истово верующей. Образование продолжилось в иезуитском колледже. Учился Каррель не очень хорошо, но зато у него был дядя со склонностью к химическим опытам и вскрытию мертвых птиц. Видимо, это так потрясло мальчика, что уже в 12 лет Алексис решил стать врачом.

Оканчивал Каррель сразу два вуза, получив бакалавра по литературе в Лионе и по медицине в Дижоне. Впрочем, степень доктора медицины он все-таки получил в родном городе, в университете которого и работал прозектором, делая вскрытия.

24 июня 1894 года французский президент Мари Франсуа Сади Карно произносил торжественную речь на выставке в Лионе. Когда Карно отъезжал с мероприятия, к его карете подскочил итальянский анархист Санте Казерио и ударил президента ножом. Вскоре после полуночи Карно скончался: нож задел артерию, и лучшие хирурги Франции ничего не смогли сделать.

21-летнего Карреля эта история поразила до глубины души. Он начал искать способы сшивать сосуды. И начал… с вышивки: чтобы овладеть техникой идеального шва, он освоил это, казалось бы, чисто женское занятие. Сразу же в таких тренировках Каррель использовал самые тонкие иглы и тончайшие шелковые нити.

И постепенно у него начало получаться, а параллельно случались изобретения, которые потом вошли в историю медицины.

Первое ноу-хау Карреля заключалось в том, что края разрезанных сосудов отворачивались наружу и сшивались так, чтобы с кровью контактировала только их внутренняя гладкая поверхность.

Параллельно Каррель научился покрывать инструменты и нитки парафином. Обе эти меры помогали в борьбе с главной напастью сосудистой хирургии тех лет — образованием тромбов.

Ведь любой фрагмент сосуда, любое загрязнение, попавшее в кровоток, могло привести к этому.

Следующая проблема была посерьезнее: очень сложно было шить по цилиндрической поверхности. И здесь Каррель принимает оригинальное решение — три натягивающих шва, которые превращали сечение сосудов в месте шва из круглого в треугольное. Чистая геометрия, но получить идеальный шов стало гораздо проще.

1902 год стал очень важным в жизни Алексиса Карреля. Он впервые продемонстрировал свои результаты: не только удачно сшивал вены и артерии, но и успешно восстанавливал кровоток в поврежденных сосудах.

Каррель справедливо рассчитывал на профессорскую кафедру в своем родном университете.

Но, увы, скажем дипломатично, непростой характер Карреля, а также то, что он своим поведением категорически не вписывался в самую консервативную академическую касту университетских медиков, подняли серьезную волну противодействия со стороны профессуры.

Дальше стало хуже. В 1903 году Каррель уехал в Париж пытать счастья, но здесь случилось странное. Как мы помним, воспитывался наш герой сначала религиозной мамой, а затем иезуитами. Как результат, к студенческим годам он был скорее агностиком, чем католиком. Но в 1903 году он как-то заехал в Лурду.

Здесь надо сделать небольшое отступление и рассказать, что такое Лурда. Этот небольшой городок в Верхних Пиренеях (сейчас в нем живет меньше 15 000 жителей) стал известен в 1858 году. 11 февраля в пещере в этом городе местной жительнице Бернадетте Субиру «явилась» Дева Мария. Потом еще и еще раз.

Суммарно — 18 раз за полгода. Нужно сказать, что католическая церковь сначала очень скептически отнеслась к заявлению 14-летней девочки, но многочисленные допросы как церковников, так и местных властей вкупе с медиками и психиатрами показали как минимум абсолютную вменяемость и уравновешенность девочки.

Девочка стала монахиней, город — местом паломничества. И так случилось, что в 1903 году Каррель, побывав в Лурде, стал свидетелем «чудесного исцеления». И с тех пор он — ярый, истовый католик. Что не очень добавляло ему популярности.

В результате разочаровавшийся в родной стране Каррель эмигрировал в Канаду, ведь там говорят по-французски.

Наш герой честно хотел забыть о медицине и стать фермером, завести себе скотоводческую ферму, носить джинсы и стрелять из кольта, но слава о выдающемся хирурге со скверным характером бежит впереди него, благо моментальная связь между континентами уже налажена.

Не успел Каррель купить ферму и кольт, как получил предложение, от которого он не смог отказаться: стать ассистентом на кафедре физиологии в Чикаго. Ради этого французу можно было и поговорить на английском.

В 1904-1906 годах обретший вторую родину Каррель продолжил оттачивать свою хирургическую технику и достиг новых успехов: он учился трансплантации сосудов, а затем и отдельных конечностей. Без сосудистого шва Карреля такое было бы невозможно, как и «просто» пришить отрезанную руку или ногу.

А в 1906 году на него обратили внимание Большие Деньги. Создатель Рокфеллеровского института медицинских исследований Симон Флекснер не просто пригласил Карреля в свою команду ученых, но и помог стать членом Совета института.

Именно здесь Алексис Каррель, нашедший подходящий ему институт, дождался своего «Нобеля».

Когда профессор Каролинского института Джулиус Акерман представлял нового лауреата, он сказал: «Благодаря этому методу обеспечивается свободный ток крови в области наложения шва и в то же время предотвращается послеоперационное кровотечение, тромбоз и вторичное сужение сосуда. С помощью этого метода можно восстановить сосудистую проходимость, заменить удаленный у пациента сегмент сосуда сегментом, взятым из иного сосуда или от другого человека».

После премии Каррель проработал в Рокфеллеровском институте еще четверть века, выйдя в отставку и став почетным профессором в 1938 году.

Его признали по всему миру, он даже стал членом-корреспондентом Академии наук СССР. В 1932 году он выпустил очень странную и нашумевшую книгу «Человек — это неизвестное», которую в слабой форме можно назвать евгенической, а в сильной — фашистской.

В ней утверждалось много как минимум спорного: и то, что надо ограничить количество ученых, чтобы оставались только сильнейшие, и что не нужно заниматься профилактикой заболеваний, поскольку это мешает естественному отбору, и что люди биологически не равны, причем это неравенство совпадает с классовым.

По его мнению, рабочие вместе с крестьянами — это как раз те, кто умственно отстает от остального человечества, причем отсталость эта наследственная.

Перекосы в сознании Карреля продолжились, и, как только началась Вторая мировая война, он начал с азартом следить за успехами Гитлера.

Удивительно, но, когда Германия оккупировала Францию, Каррель вернулся в Париж и по просьбе правительства Виши основал «Институт по изучению проблем человека».

Конечно, до работ доктора Менгеле и близко не доходило, но все же исследования там были, скажем так, однобокими.

Каррель дожил до освобождения Парижа.

И когда те же французы, встречавшие на улицах немецкие войска, гнали по улицам своих соотечественниц, спавших с гитлеровцами, старому профессору было очень неуютно.

Его не тронули, но на него все показывали пальцем. Он ждал ареста, он боялся выходить на улицу. Человек, работы которого спасли миллионы сердец, умер от сердечного приступа 5 ноября 1944 года.

Несмотря на воззрения, Алексис Каррель остается членом-корреспондентом РАН, иностранным членом РАН и почетным членом РАН. Просто звания академика лишить нельзя. Интересно, а как насчет «почетного»?

Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: , ВКонтакте, , Telegram.

Источник: https://indicator.ru/medicine/nobelevskie-laureaty-aleksis-karrel.htm

Как Каррель учился у белошвеек сшивать кровеносные сосуды?

Алексис Каррель: сосудистый шов

pinterest.com

«Человек не может переделать себя без страданий, он скульптор, создающий себя из мрамора», – писал Алексис Каррель. Он родился в небольшом французского городка в семье богатого фабриканта и торговца славными и популярными лионскими шелками Алексиса Карреля Биллиарда.

В будущем Алексис-младший стал лауреатом Нобелевской премии за 1912 год в области физиологии и медицины «За признание работы по сосудистому шву и трансплантации кровеносных сосудов и органов».

После занятий алхимией поступил сразу на литературный и медицинский факультеты

Алексис был старшим из трех детей. Отец вскоре после рождения младшего скончался. Благочестивой католичке Анне-Марии пришлось воспитывать детей одной. Алексис окончил католическую школу и колледж отцов-иезуитов. 

Мальчик крайне заинтересовался занятиями дядюшки – алхимика самоучки – со склонностью к патологоанатомическим экзерсисам и вивисекции. Они вместе радостно резали на части пойманных птиц и животных. Это так забавляло Алексиса, что уже в 12 лет он твердо решил стать врачом.

Он поступил сразу в два университета – Лионский и Дижонский: в родном городе Лионе – на литературный, в Дижоне – на медицинский факультет. Затем Каррель в Лионском университете занял должность прозектора морга больницы и в самые короткие сроки защитил степень доктора медицины.

Почти микрохирургия позапрошлого века

В 1894-м году Алексис стал свидетелем убийства популярного президента Франции Мари Франсуа Сади Карно. Полубезумный эпилептик-анархист итальянец Санте Казерио нанес ему мощный удар стилетом. Ночью Карно скончался, так как клинок задел крупную артерию. Лучшие хирурги ничего не могли сделать.

Смерть любимца всей страны глубоко поразила юношу. Он стал размышлять о возможности сшивать кровеносные сосуды. Первым делом он отправился на учёбу к белошвейкам! Ведь они умудрялись искусно сшивать драгоценные тончайшие малинские, турские и брабантские кружева.

Кружевницы обучили Алексиса искусству тончайших, незаметных игл и почти невидимых нитей. Руки Казерио, по свидетельству знавших его, с длинными тонкими пальцами, постоянно слегка подрагивавшими и шевелившимися, производили впечатление живущих отдельной жизнью разумных существ.

Он экспериментировал все увлечённее. Новые навыки он использовал для изобретения, иногда прямо в ходе операций, медицинских техник, которые потом вошли в практику всей мировой хирургии.

Алексис научился сшивать сосуды, что рассечённые края завертывались наружу, оставляя внутри гладкую поверхность. Он пропитывал нить парафином, пленкой из него покрывал крючки, скальпели и остальные инструменты. Это препятствовало бичу тогдашней хирургии тромбозу. Своеобразная техника шва делала их практически идеальными.

Чудесное исцеление

В 1902 году с ним случилось происшествие, оказавшее большое влияние на самого Карреля и всё медицинское сообщество. Он отправился в Лурд – небольшой город, который стал всемирно известен, благодаря 14-летней Бернардетте Субиру. Она является католической святой, известной тем, что Бернадетт видела 18 раз Богоматерь в Гроте Massabielle между 11 февраля и 16 июля 1858 года.  Чудо!

Но на дворе стояла вторая половина XIX века – никто не собирался в экзальтации припадать к новому чудесному источнику целительной воды в гроте. Девочку расспрашивали священнослужители, полицейские, представители власти, исследовали медики и психиатры. Бернардетта была абсолютно нормальной и уравновешенной. Затем она стала монахиней, а Лурд всё таки превратился в место паломничества.

Сейчас известно порядка 70 случаев, необъяснимых медициной и психологией исцелений, признанных католической церковью. Все они проверялись врачами-скептиками. Была создана специальная республиканская медицинская комиссия для проверки чудес.

Критически настроенный Каррель приехал туда сам. Он совершенно утратил веру в Бога и стал закоренелым агностиком. Он сомневался в беспристрастности всех и смело критиковал их проверки. Но вдруг он сам стал участником Чуда – исцеления Мари Байи. Он вкатил ей дозу морфия, чтобы она могла спокойно умереть от совершенно неизлечимого туберкулезного перитонита.

Но слегка обрызганная водой из святого источника, девочка мгновенно выздоровела прямо на глазах врача.

Наука – против фактов

«Во избежание шока как у верующих, так и у неверующих не станем обсуждать вопрос веры, – написал Алексис Каррель. – Факты поддаются научному исследованию и существуют в области, выходящей далеко за пределы метафизической интерпретации…

Естественно, наука должна непрерывно оставаться начеку в отношении шарлатанства и легковерия.

Но долг науки заключается и в том, чтобы не отрицать факты лишь потому, что они кажутся сверхъестественными, или потому, что им невозможно дать научное объяснение».

Он пытался объяснить коллегам свою позицию, но в результате обструкции и позиции руководства был уволен. Потом всё-таки Алексиса Карреля признали во всем мире, он стал даже членом-корреспондентом АН СССР.

В 1932 году учёный выпустил нашумевшую книгу «Человек – это неизвестное». Её назвали евгенической и даже фашистской. Неслучайно позже он стал любимцем Гитлера и сотрудничал с фашистами.

В ней Каррель утверждал, что надо ограничить количество ученых, чтобы оставались только сильнейшие: «Есть лишь один способ добиться того, чтобы каждый учёный обладал большими знаниями и талантом: уменьшить число ученых». Это – вопрос спорный.

Но главное и самое ужасное – выдающийся медик прямо утверждал, что не надо заниматься профилактикой заболеваний, потому что это мешает естественному отбору; люди биологически не равны, и это неравенство совпадает с классовым. Рабочие и  крестьяне, по его мнению, умственно отстают от остального человечества, и эта отсталость – наследственная.

Он всю жизнь размышлял над вопросом: каковы биологические причины неравенства людей? Несмотря на огромный вклад в медицину, ответил он на него явно неверно. О чём, видимо, очень сильно пожалел, уже будучи больным стариком, в освобожденном от фашистов Париже.

Еще по теме:

Сергей Воронов – прототип профессора Преображенского 

СССР – родина трансплантологии 

Источник: https://www.glavtema.ru/articles/2018-02-04/1189/

Нобелевские лауреаты: отец сосудистого шва Алексис Каррель

Алексис Каррель: сосудистый шов
?

Categories:

  • история
  • наука
  • медицина
  • Cancel

О том, как занятие вышивкой и убийство президента довело до Нобелевской премии, но не уберегло от нацистских убеждений, рассказываем в сегодняшней истории нобелевских лауреатов.

Алексис Каррель

Родился 28 июня 1873 года, Сент-Фуа-де-Лион, Франция

Умер 5 ноября 1944 года, Париж, Франция

Лауреат Нобелевской премии по физиологии или медицине 1912 года. Формулировка Нобелевского комитета: «За признание работы по сосудистому шву и трансплантации кровеносных сосудов и органов».

Наш герой родился во французском Лионе. Его отец, Алексис Каррель-Биллиард был заводчиком, производил и продавал шелк. Мать Алексиса-младшего, Анна-Мария, родила мужу трех детей, старшим из которых был будущий нобелевский лауреат, а затем и воспитала всех их, потому что вскоре после рождения третьего ребенка отец умер.

Первое образование, которое получил Каррель, было религиозным, поскольку Анна-Мария была истово верующей. Образование продолжилось в иезуитском колледже. Учился Каррель не очень хорошо, но зато у него был дядя со склонностью к химическим опытам и вскрытию мертвых птиц. Видимо, это так потрясло мальчика, что уже в 12 лет Алексис решил стать врачом.

Оканчивал Каррель сразу два вуза, получив бакалавра по литературе в Лионе и по медицине в Дижоне. Впрочем, степень доктора медицины он все-таки получил в родном городе, в университете которого и работал прозектором, делая вскрытия.

24 июня 1894 года французский президент Мари Франсуа Сади Карно произносил торжественную речь на выставке в Лионе. Когда Карно отъезжал с мероприятия, к его карете подскочил итальянский анархист Санте Казерио и ударил президента ножом. Вскоре после полуночи Карно скончался: нож задел артерию, и лучшие хирурги Франции ничего не смогли сделать.

21-летнего Карреля эта история поразила до глубины души. Он начал искать способы сшивать сосуды. И начал… с вышивки: чтобы овладеть техникой идеального шва, он освоил это, казалось бы, чисто женское занятие. Сразу же в таких тренировках Каррель использовал самые тонкие иглы и тончайшие шелковые нити.

И постепенно у него начало получаться, а параллельно случались изобретения, которые потом вошли в историю медицины.

Первое ноу-хау Карреля заключалось в том, что края разрезанных сосудов отворачивались наружу и сшивались так, чтобы с кровью контактировала только их внутренняя гладкая поверхность.

Параллельно Каррель научился покрывать инструменты и нитки парафином. Обе эти меры помогали в борьбе с главной напастью сосудистой хирургии тех лет — образованием тромбов.

Ведь любой фрагмент сосуда, любое загрязнение, попавшее в кровоток, могло привести к этому.

Следующая проблема была посерьезнее: очень сложно было шить по цилиндрической поверхности. И здесь Каррель принимает оригинальное решение — три натягивающих шва, которые превращали сечение сосудов в месте шва из круглого в треугольное. Чистая геометрия, но получить идеальный шов стало гораздо проще.

1902 год стал очень важным в жизни Алексиса Карреля. Он впервые продемонстрировал свои результаты: не только удачно сшивал вены и артерии, но и успешно восстанавливал кровоток в поврежденных сосудах.

Каррель справедливо рассчитывал на профессорскую кафедру в своем родном университете.

Но, увы, скажем дипломатично, непростой характер Карреля, а также то, что он своим поведением категорически не вписывался в самую консервативную академическую касту университетских медиков, подняли серьезную волну противодействия со стороны профессуры.

Дальше стало хуже. В 1903 году Каррель уехал в Париж пытать счастья, но здесь случилось странное. Как мы помним, воспитывался наш герой сначала религиозной мамой, а затем иезуитами. Как результат, к студенческим годам он был скорее агностиком, чем католиком. Но в 1903 году он как-то заехал в Лурду.

Здесь надо сделать небольшое отступление и рассказать, что такое Лурда. Этот небольшой городок в Верхних Пиренеях (сейчас в нем живет меньше 15 000 жителей) стал известен в 1858 году. 11 февраля в пещере в этом городе местной жительнице Бернадетте Субиру «явилась» Дева Мария. Потом еще и еще раз.

Суммарно — 18 раз за полгода. Нужно сказать, что католическая церковь сначала очень скептически отнеслась к заявлению 14-летней девочки, но многочисленные допросы как церковников, так и местных властей вкупе с медиками и психиатрами показали как минимум абсолютную вменяемость и уравновешенность девочки.

Девочка стала монахиней, город — местом паломничества. И так случилось, что в 1903 году Каррель, побывав в Лурде, стал свидетелем «чудесного исцеления». И с тех пор он — ярый, истовый католик. Что не очень добавляло ему популярности.

Храмовый комплекс в Лурде

В результате разочаровавшийся в родной стране Каррель эмигрировал в Канаду, ведь там говорят по-французски.

Наш герой честно хотел забыть о медицине и стать фермером, завести себе скотоводческую ферму, носить джинсы и стрелять из кольта, но слава о выдающемся хирурге со скверным характером бежит впереди него, благо моментальная связь между континентами уже налажена.

Не успел Каррель купить ферму и кольт, как получил предложение, от которого он не смог отказаться: стать ассистентом на кафедре физиологии в Чикаго. Ради этого французу можно было и поговорить на английском.

В 1904-1906 годах обретший вторую родину Каррель продолжил оттачивать свою хирургическую технику и достиг новых успехов: он учился трансплантации сосудов, а затем и отдельных конечностей. Без сосудистого шва Карреля такое было бы невозможно, как и «просто» пришить отрезанную руку или ногу.

А в 1906 году на него обратили внимание Большие Деньги. Создатель Рокфеллеровского института медицинских исследований Симон Флекснер не просто пригласил Карреля в свою команду ученых, но и помог стать членом Совета института.

Именно здесь Алексис Каррель, нашедший подходящий ему институт, дождался своего «Нобеля».

Когда профессор Каролинского института Джулиус Акерман представлял нового лауреата, он сказал: «Благодаря этому методу обеспечивается свободный ток крови в области наложения шва и в то же время предотвращается послеоперационное кровотечение, тромбоз и вторичное сужение сосуда. С помощью этого метода можно восстановить сосудистую проходимость, заменить удаленный у пациента сегмент сосуда сегментом, взятым из иного сосуда или от другого человека».

Алекс Каррель в 1912 году

После премии Каррель проработал в Рокфеллеровском институте еще четверть века, выйдя в отставку и став почетным профессором в 1938 году.

Его признали по всему миру, он даже стал членом-корреспондентом Академии наук СССР. В 1932 году он выпустил очень странную и нашумевшую книгу «Человек — это неизвестное», которую в слабой форме можно назвать евгенической, а в сильной — фашистской.

В ней утверждалось много как минимум спорного: и то, что надо ограничить количество ученых, чтобы оставались только сильнейшие, и что не нужно заниматься профилактикой заболеваний, поскольку это мешает естественному отбору, и что люди биологически не равны, причем это неравенство совпадает с классовым.

По его мнению, рабочие вместе с крестьянами — это как раз те, кто умственно отстает от остального человечества, причем отсталость эта наследственная.

Перекосы в сознании Карреля продолжились, и, как только началась Вторая мировая война, он начал с азартом следить за успехами Гитлера.

Удивительно, но, когда Германия оккупировала Францию, Каррель вернулся в Париж и по просьбе правительства Виши основал «Институт по изучению проблем человека».

Конечно, до работ доктора Менгеле и близко не доходило, но все же исследования там были, скажем так, однобокими.

Каррель дожил до освобождения Парижа.

И когда те же французы, встречавшие на улицах немецкие войска, гнали по улицам своих соотечественниц, спавших с гитлеровцами, старому профессору было очень неуютно.

Его не тронули, но на него все показывали пальцем. Он ждал ареста, он боялся выходить на улицу. Человек, работы которого спасли миллионы сердец, умер от сердечного приступа 5 ноября 1944 года.

Несмотря на воззрения, Алексис Каррель остается членом-корреспондентом РАН, иностранным членом РАН и почетным членом РАН. Просто звания академика лишить нельзя. Интересно, а как насчет «почетного»?

Написано для рубрики “Как получить нобелевку” портала Indicator.Ru

Каррель, нобелевская премия, нобелевские лауреаты

  • Мы уже использовали в нашей рубрике «Картинка дня» одну иллюстрацию великого анатома Андрея Везалия. Сегодня мы снова обратимся к…

  • Синдром Аспергера, несмотря на то, что он исключен из «официальных» диагнозов, вновь на слуху (спасибо, Грета). В массовой культуре он…

  • Вчера исполнилось 160 лет со дня рождения одного из пионеров онкологии, имя которого ныне малоизвестно. Отто Любарш – первооткрыватель…

Источник: https://med-history.livejournal.com/111587.html

Books-med
Добавить комментарий